В последнее время многие представители мусульманской общественности без устали заступаются за русских мусульман, которых многие норовят обвинить в том, что «из них легко можно сделать экстремистов», что они более подвержены воздействию «радикальных идей», чем «этнические мусульмане» и т.п. Чего только не увидишь и не услышишь об этих «бедолагах» в СМИ – причем не только в контексте исламофобии, но и из мусульманских источников. Давайте, наконец-то, честно ответим на вопрос, в чем причина подобных высказываний. Является ли это примитивным приемом психологического давления на новообращенных мусульман со стороны врагов Ислама, либо причина сокрыта в самих русских правоверных?

Тема очень интересная и можно было бы провести ее обширное и всестороннее исследование. Но мы пойдем самым кратчайшим путем. Сразу же ответим на вопрос: «чем, по сути, отличается русский мусульманин от нерусского?».

Конечно же, средой, в которой рос и воспитывался человек с рождения. Это определяет его внутреннее восприятие мира, а также личный опыт знакомства с Исламом.

На протяжении последнего века во всем мире, в том числе и среди его традиционно исламской части, большое влияние имела идеология атеизма (материализма) и, соответственно, религия находилось в большом упадке. Особенно на территории Советского Союза, который включал в себя также и множество мусульманских народов. Поэтому большая часть представителей так называемых «этнических» мусульман в познании Ислама особо не отличаются от простых русских ребят, которые к Исламу вообще никакого отношения не имеют, кроме того, что с детства им внушают образ «басурманского» врага. Не смотря на это, разница между русскими и нерусскими мусульманами все-таки существует. Рассмотрим это на примере сознательного возвращения к Исламу этих двух сравниваемых категорий людей.

Представьте себе, например, молодого татарина, полного сил, энергичного, любознательного, который вдруг стал проявлять повышенный интерес к Исламу. Часто бывает так, что это связано с ностальгией. Вполне возможно, что парнишке (или девушке, не важно) запали в душу некоторые эпизоды из прошлого, например, когда его бабушка, или дедушка, наверняка, более набожные люди, чем он, рассказывали что-то из истории их народа и в том числе о его религии. Может быть, когда-то молодой человек застал кого-либо из старшего поколения делающим намаз. Казалось бы, такая мелочь, но она может очень глубоко укорениться в подсознании человека (особенно ребенка) и образ старого праведного предка, совершающего в углу комнаты поклонение Господу, долгие годы будет оставаться в его памяти. Человек может даже не осознавать, чему поклоняются, но сам факт существования Того, что недоступно ни для глаз, ни для ушей, достойного поклонения и молитв, несомненно, будет воспринят, и западет глубоко в душу.

Возможно, в памяти человека остался голос муэззина, призывающего к намазу с минарета Казанской мечети (либо Уфимской, Махачкалинской, Грозненской – не важно). Здесь много возможных вариантов. Все это приводится к тому, что при возвращении к Исламу «этнического» мусульманина (который, по сути, только назывался мусульманином, даже не представляя, что означает это слово) довольно большой вклад имеет фактор «ностальгии». Начиная делать намаз, поститься, углубляясь в историю Ислама, «этнический» мусульманин возвращается к своим корням. При этом он тяготеет к следованию за своими предками, традиционной религии своего народа и т.п.

Даже в этом самом благоприятном случае, возвращение к Исламу связано с некоторыми сложностями. Конечно же, одна из них связана с информационным пространством, в котором мы живем. Часто человека, начавшего жить по Сунне, подозревают в «ваххабизме» и видят в нем потенциального террориста или члена какой-то «исламистской» секты. Но это не единственная сложность. Другая, возможно, наиболее серьезная, кроется в самой человеческой природе. Любому человеку трудно делать серьезные изменения в своей жизни, тем более, когда в результате этих изменений ты противопоставляешь себя всему окружающему миру людей.

Чтобы прояснить ситуацию, как представитель «этнических» мусульман я поделюсь своим опытом возвращения к Исламу.

В принципе, представление об омовении и намазе и знание всех самых важных молитв у меня было довольно давно. Но среди моих знакомых не было ни одной души, которая делала бы намаз, и для меня этот обряд поклонения был чем-то полусказочным и далеким, например, как езда на верблюде или лазание по банановой пальме. Пару раз после бани, находясь в состоянии ритуальной чистоты и одиночестве, я совершал намаз ночью, так, что никто не знал об этом. Еще один раз я делал намаз, когда пришлось ночевать одному на даче, где кругом был лес, и было жутковато.

Иногда я вспоминаю тот день, когда впервые в жизни, в обычной домашней обстановке, внезапно для самого себя, я бросил все дела и пошел делать омовение. Так как я жил в деревенском домике, то мне пришлось взять тазик и чайник с водой и умываться, поливая одной рукой на другую и бережно распределяя воду по рукам, лицу и ногам. Казалось бы, что здесь такого! Взять тазик и делать омовение! Но я помню, как невидимые цепи сковывали мое тело, затрудняя движения, до последнего заставляя отказаться от задуманного. В душе же было беспокойство: «А вдруг кто-нибудь зайдет в комнату и начнет расспрашивать с ухмылкой на лице: «А зачем это тебе тазик? А что это ты делаешь?». Сейчас, когда позади уже годы жизни в Исламе, этот эпизод жизни кажется скорее комическим. Но в тот далекий день это был по-настоящему волевой поступок.

И все это происходило на относительно благоприятной почве. Так как я являюсь «этническим» мусульманином, никто бы не стал осуждать меня за намаз, скорее, наоборот, похвалили бы, погладили бы по головке и т.д. Но страх перед большими переменами лежал грузом на скованной личности «российского гражданина». И только лишь милость Аллаха позволила всем сердцем обратиться к Исламу и переделать свое сознание в соответствии с Таухидом.

Теперь представьте себе русского человека, который принимает Ислам! Только подумайте, сколько мужества от него требуется, чтобы сделать это! Он не просто меняет в корне свой образ жизни, и не просто опасается, что кто-то застанет его за тазиком с водой, делающим омовение и посмеется над ним. Нет! Этот человек почти на 100% оказывается преступником – хотя до этого он мог никогда не нарушать закона, вероотступником - притом, что доселе не принадлежал ни какой религии, предателем своего народа, который давно уже предал сам себя, опасным сектантом, «террористом», «ваххабистом» и т.д. И все это русский мусульманин может олицетворять в себе не для каких-нибудь гадких журналистов-исламофобов, которые не упустят возможности поиздеваться над ним, а для самых родных и близких людей, которых видел и слышал, будучи еще в пеленках и за которыми повторял первые в своей жизни слова!

Может быть, кто-то скажет: «ну и что, что родные и близкие против, а старые друзья не понимают, зато есть много братьев - мусульман, которые всегда готовы поддержать». Это не совсем верно. Во-первых, братья-мусульмане появляются в жизни новообращенного только спустя некоторое время, и пока это не произойдет, его единственным другом остается Аллах, под незримой поддержкой Которого он скитается в океане куфра, быть может, даже не догадываясь, где находится мечеть в его городе. Во-вторых, как бы там ни было, тоска по родственникам, чьи сердца слепы, преследует человека.

Русский, принявший Ислам, словами «Ля иляха илла Ллах, Мухаммада р-расулу Ллах» порывает не только со своим личным прошлым, но и со всей историей своего народа (в то время как «этническому» мусульманину, как минимум, кажется, что он стал ближе к своему народу). Это очень серьезный шаг, в результате которого образуется огромный дисбаланс во внутреннем мире человека. Стремление восстановить внутреннее равновесие приводит новообращенного мусульманина к интенсивному и осознанному изучению Религии. Благодаря этому внутренний дискомфорт очень быстро проходит. Но при одном условии: полученные знания необходимо реализовать на практике. Благодарность Всевышнему Аллаху, который улучшил положение человека требует от него проявления верности и соблюдению обязанностей перед Господом, к Которому предстоит возвращение. Судя по всему, так все и происходит, а Аллах знает об этом лучше.

Один русский брат-мусульманин из Москвы, рассказывал, что во время прошлогоднего хаджа, будучи проездом в Дагестане, кто-то из местных жителей, увидев его жену, одетую в хиджаб, сказал: «О! Русская, наверное. Наши так не закутываются, в основном просто на голову косынку накидывают».

На фоне постсоветского упадка Ислама в России подобные случаи происходят довольно часто. На деле же кажется, что русские мусульмане более ортодоксальны (более строги к соблюдению религиозных предписаний), чем «этнические» мусульмане. Действительно, ведь среди «этнических» можно найти много мужчин, не делающих намаз, девушек не носящих хиджаб и т.д. В то время как среди русских мусульман процент небрежных к религии людей намного меньше – ведь русские меняют религию не для того, чтобы продолжать вести свой старый образ жизни, а чтобы его изменить. Думаю, в этом и кроется причина обвинений русских мусульман в повышенном уровне «экстремизма». Хотя, признаться, в реальной жизни не доводилось сталкиваться с подобным явлением.

Вместо заключения

Когда я показал эту статью другому русскому брату-мусульманину, он одобрил ее и сделал несколько замечаний. Среди них, например, было следующее: «Знаешь, брат, я не считаю это общество за русское. Вот я видел недавно передачу про староверов, которые живут в лесах за счет натурального хозяйства и сохранили нравственность. Наверное, их можно назвать русскими. А эти, что вокруг нас…. Вообще не понятно, какой они нации – одним словом, безбожники, которые деградируют день ото дня…. А насчет «порывания со своим народом», как ты пишешь, не уверен. Лично у меня после принятия Ислама стало очень приятно на душе от ощущения того, что я вернулся к своим корням и присоединился к своим праведным предкам».

С каждым днем русских мусульман становится все больше и больше, а непонимание по отношению к ним не проходит и порой перерастает в массовые преследования. До поры до времени люди могут находиться в тех рамках, которые им пытается навязать государство. Но постоянный дискомфорт, который приходится ощущать на себе мусульманам в России дает о себе знать. И чем больше натиск, тем больше людей осознает, что реальность намного ближе к тому, как она описана, например, на сайте «Кавказ-Центр», в то время как доводы «официального духовенства» и других пророссийских информационных ресурсов по тому или иному поводу кажутся все более смехотворными и не заслуживающими доверия. Если на то будет воля Аллаха, то в этом заключается большое благо для Уммы.

Абдуллах Хайдаров

«Кавказан Хаамаш»